Та самая седьмая жила — в форме, в очертаниях которой угадывается голова змеи. Нетипичное для меня исполнение с достаточно большим отхождением от привычных ходов и приёмов. Без привычной плавности, к которой я приучил свою руку. Здесь есть неожиданный поворот, линия, которая не стремится к идеальной округлости, а ломается там, где обычно течёт. Это не ошибка. Это другой почерк. Тот самый случай, когда материал сам подсказывает форму, а ты решаешь не спорить, а прислушаться.