Образ, умело вырезанный на речном нефрите, уже априори становится сакральным. Он превращается в персональную святыню, базово обрастает смыслами, но оставляет место и для личных легенд. Медвежья лапа — не просто зооморфный мотив. Это сила, которая не нуждается в объяснениях. Она либо чувствуется, либо нет. Предмет просится в руку, чтобы стать напоминанием о том, что внутри нас тоже есть что-то большое, мохнатое и древнее, что лучше не будить, но и забывать о нем тоже не стоит.