В нём всё ясно, всё понятно, всё ожидаемо. Классическая форма, выверенный ритм, привычные пропорции. Но к самому своему завершению предмет позволил себе сделать резкий поворот — и чуть-чуть уклонился от всем привычной формы. Всего чуть-чуть. Но этого оказалось достаточно, чтобы предмет перестал быть просто правильным. В этом уклоне — вся его суть. Позволить себе маленькую вольность. И в этом «чуть-чуть» вся его суть. Это напоминание о том, как маленькая деталь способна изменить все.